Это была весна, когда я впервые увидел её — рыжее пятно среди серых будней. Она вбежала в парк с растрепанными волосами цвета осенних листьев, таща за собой воздушного змея, который отчаянно пытался улететь. Смех её звенел колокольчиками, а глаза горели тем особенным огнем, который бывает только у тех, кто видит мир иначе. Она споткнулась о корень, упала, но не расстроилась, а лишь рассмеялась ещё громче, поднимая с земли горсть одуванчиков. «Смотри, — крикнула она мне, незнакомому прохожему, — они думают, что я упала, а я просто решила поздороваться с землёй!» С того дня я понял: моя рыжая чудачка — это не просто человек, это целая вселенная, где законы физики уступают место законам счастья. Она могла часами говорить с белками, танцевать под дождём и утверждать, что луна — это её личная лампочка. И каждый раз, глядя на неё, я чувствовал, как мир вокруг становится ярче, добрее и чуточку безумнее — именно таким, каким и должен быть.